Светоносная арена...

Светящаяся корона

Туманными ночами уличные лампы окружает корона — покрытые дымкой светящиеся диски; они как бы нанизаны из колец, цвета кото­рых чередуются в должной после­довательности. Световые волны от ламп преломляются в бесчисленных капельках воды, взвешенных в воз­духе; процесс так называемой диф­ракции капельки разделяют свето­вые волны на кольца, окрашенные цветами компонентов.

Эти светящиеся ореолы являют­ся уменьшенной версией лунной ко­роны — единственного лунного оп­тического явления, яркость которого позволяет различать его цвета. Как и у уличных ламп, корона луны об­разована находящимися в атмосфе­ре крохотными капельками воды одинакового размера. Чем меньше капельки, тем больше становится корона, и чем более однородны они по размеру, тем ярче светятся ее цвета. Поскольку лунные короны свидетельствуют о влажной атмос­фере, кое-кто считает их предвест­никами приближающегося ненастья.

Однако    эти    представления    мало обоснованы.

Из-за яркости самого солнца солнечные короны редко становятся видимыми, однако и они — особен­но те из них, что называются «кольцами епископа», — могут быть яркими и красивыми. «Коль­ца епископа» названы в честь пре­подобного Е.Серено, епископа Га­вайев, который подробно описал эффектную солнечную корону, на­блюдавшуюся им в начале сентября 1883 года. Тогдашнее кольцо было огромным; факт его наблюдения подтвердили и другие, сообщившие о гигантских солнечных — да и лунных — коронах со всех концов света. Источником корон, как вско­ре установили, явился вулкан Кра­катау; он извергся с громадной силой 27 августа, изрыгнув диспер­сную пыль, которая окружила зем­ной шар . С тех пор как епископ сделал свое открытие, получившее его имя, кольца были замечены после многих извержений вулканов.

Благословение Божие

В шестнадцатом столетии итальян­ский скульптор Бенвенуто Челлини ясным погожим утром прогуливался со своим приятелем по покрытому росой лугу. Отвернувшись от солн­ца, чтобы оно не слепило глаз, они вели дружескую беседу, и тут Чел­лини заметил, что тень его головы окружена ярким белым гало. Гало вокруг головы приятеля он не уви­дел; это явление Челлини, отнюдь не страдавший скромностью, про­возгласил еще одним признаком своей уникальной, боговдохновенной одаренности.

То, что мельком увидел тем ут­ром в росистой траве скульптор, по­лучило немецкое название «хайли-геншайн», т.е. «свет святого». Однако речь идет о распространен­ном явлении, едва ли имеющем отно­шение к одаренности или святости.

«Хайлигеншайн» возникает тогда, когда солнеч­ный свет отражается и преломляет­ся каплями росы под таким углом, что каждый наблюдатель или на­блюдательница видят свое гало, не­видимое прочим. Так что если воз­бужденная реакция скульптора на появившееся тем солнечным утром ,знамение вызвала возражения у его спутника, того следовало бы про­стить. Оттуда, где тот стоял, тень Челлини виделась без прикрас, а вот собственная тень казалась скульптору отмеченной божиим благословением.

Венки славы

С борта летящего высоко над обла­ками воздушного лайнера пассажир, наблюдавший за тенью самолета на облаке, может заметить «глорию» — многоцветное кольцо света, окружа­ющее тень «Глория» возникает в водяных капельках облака, которые отража­ют и отклоняют волны света, ис­пускаемые солнцем, разделяя их на составляющие цвета — красный, зеленый и голубой. Как и радуга, каждая «глория» принадлежит ис­ключительно зрению того, кто ее

видит. И хотя чаще всего «гло-рию» наблюдают путешествующие по воздуху (почему «глорию» на­зывают также «радугой пилота»), подчас и тому, кто находится на земле, — например, стоит ранним утром на вершине горы, — удает­ся обнаружить на облаке или пе­лене тумана тень своей головы, увенчанной «глорией». Иногда эта корона может насчитывать до пя­ти цветных колец и «туманную ра­дугу» — последнее, едва заметное белое кольцо. К сожалению, этот великолепный венец остается неви­димым для всех, кроме того, кто им увенчан.

Чудовище в горной дымке

Говорят, что среди мрачных хреб­тов германских гор Гарц прячется некое создание огромных размеров. Броккенский призрак, как его име­нуют по названию самой высокой

вершины цепи, Броккен, — это сказочный гигант, отбрасывающий огромную тень на туман, часто оку­тывающий Гарц. Считают, что при­зрак иногда носит головной убор из дубовых листьев и размахивает вы­рванной с корнем пихтой.

Оптические явления, подобные броккенскому призраку, можно на­блюдать в любом уголке мира, где солнечное освещение и местность таковы, что солнце отбрасывает тень наблюдателя — по видимости, много больших размеров, чем он сам, — на облака или туман.

По мнению психологов, очевид­цы заблуждаются в оценке действи­тельных размеров зрелища, по­скольку спроецированная тень выглядит плоской и потому лишена трехмерной «привязки», которая в обычных условиях позволяет судить о размере и дистанции. Соответст­венно, если вместе с человеческой тенью оказывались деревья или другие объекты, сознание рисовало призрак, казавшийся высотой с де­рево. Предполагают, что броккенский призрак так перепугал многих альпинистов, что те срывались со скал и разбивались насмерть.

Лучи тени

В начале и конце каждого дня, бли­же к восходу или закату, когда сгрудившиеся на горизонте облака заслоняют солнце, но небо над го­ловой остается чистым, небосвод иногда перекрывают темные поло­сы. Эти так называемые «сумереч­ные лучи» — не что иное, как те­ни, отбрасываемые вершинами облаков и разделенные полосами освещенного солнцем неба. Такие тени могут отбрасывать и горы, и невидимые облака за горизонтом, и тогда тени приобретают зловещий облик призрачных пальцев.

Подчас сумеречные лучи изги­баются между противоположными точками горизонта, далеко расхо­дясь в зените и вновь сходясь на противоположной солнцу стороне. На деле же лучи параллельны на всем своем пути — та же уловка перспективы, которая заставляет железнодорожные рельсы «схо­диться» на расстоянии, срабатывает и применительно к этим теням.

След света

Ясной ночью вдали от городских ог­ней можно увидеть невооруженным глазом слабо светящийся клин, обра­щенный к тому месту горизонта, где закатилось солнце. Этот так называ­емый зодиакальный свет расположен вдоль плоской земной орбиты, име­нуемой эклиптикой, и получил свое название от двенадцати подразделе­ний эклиптики — зодиака.

В плоскости эклиптики сосредо­точено гигантское облако наносов, оставшихся со времени образования планет. Когда солнечный свет уда­ряется в эти частицы, которые варьируют по размеру от микроско­пических пылинок до каменных об­ломков трех футов в поперечнике, он отражается, словно от бесчис­ленных крошечных лун.

Зодиакальный свет наиболее за­метен спустя два часа после заката в дни весеннего равноденствия, когда он проходит относительно короткий путь в атмосфере, чьи газы и пыль рассеивают и ослабляют свечение.

Карта в небе

Само небо может стать для поляр­ных путешественников тем средст­вом, с помощью которого удается проложить безопасный путь среди кишащих льдинами вод и дрейфую­щих ледяных полей. В дни, когда стоит умеренная сплошная облач­ность, светлые и темные пятна на облаках в действительности являют­ся зеркальным отражением распо­ложенной под ними местности. Эти изображения возникают вследствие различий в отражающей способно­сти снега, льда и воды. Если свет попадает, например, на ярко-белый снег, большая его часть отражается вверх, высветляя облака. Темная же поверхность, например, откры-

той воды, отражает меньше света, и облака над ней остаются относи­тельно темными.

В результате возникает так на­зываемая облачная карта, где свет­лые участки неба соответствуют снегу или льду под ними, а темные участки свидетельствуют об откры­той воде; в идеальных условиях она может отражать участки, которые лежат на удалении 30 миль за пре­делами обычной видимости.

Те, кто путешествует по арк­тическим водам и льду, давно ис­пользуют это явление в своих кон­кретных целях. Моряки пристально наблюдают, не появится ли «ледя­ной отблеск» — белые пятна на более темном облачном фоне, ко­торые указывают на наличие льдин

и служат сигналом к изменению курса. С другой стороны, темная область впереди — называемая «водным небом», потому что она выдает наличие открытой воды, — означает опасность или, по мень­шей мере, необходимость повер­нуть в обход для тех, кто пересе­кает льды на ногах.

По сообщению антрополога и путешественника Вильямура Стефансона, исшагавшего северные льды во время экспедиции 1914 г., «водное небо» показывало, что на­ходящееся впереди пространство усеяно трещинами. Но «постоянно сверяясь глазами с облачной кар­той, что была над нами, нам иног­да удавалось пройти целый день, так и не увидев воды».

Заглядывая за край

Возможно, что тысячу и более лет тому назад именно миражи подвиг­ли европейских моряков отправ­ляться через не нанесенную на кар­ты Северную Атлантику. И решение руководствоваться в таком путешествии иллюзорным ориенти­ром было не безумием, а искусным использованием явления, наблюдае­мого далеко от северных берегов Европы. Это явление — арктиче­ский мираж, или «хиллингар» (ис­ландский термин), относится к так называемым верхним миражам; со­здаваемое ими изображение возне­сено над горизонтом и бывает на редкость похоже на оригинал.

Арктический   мираж   возникает тогда, когда очень холодная поверхность накрыта воздушной массой, чья температура постепенно увели­чивается с высотой; в этих усло­виях свет от объекта изгибается по дуге, кривизна которой совпадает с кривизной Земли. В результате изображение может путешествовать на сотни миль, давая наблюдателю возможность «видеть» то, что на­ходится за чертой горизонта. Так, в 1939 году капитан одного суд­на, по его уверениям, видел ислан­дский вулкан Снефелльйокулль с расстояния 300 миль.

Согласно некоторым исследова­телям, изучавшим явление «хиллингара», в кельтских и нор­вежских преданиях остались поразительные свидетельства, со­гласно которым эти народы север­ной Атлантики убедились на долгом опыте: арктические миражи могут содержать надежную инфор­мацию о том, что лежит за гори­зонтом. Около 800 года кельты с Фарерских островов (к северу от Шотландии) отправились на ма­леньких суденышках, сплетенных из ивняка и обтянутых кожей, в двухсотмильное путешествие в Ис­ландию; исследователи заключают, что при выборе курса те руковод­ствовались миражем. Аналогичны­ми явлениями могли руководство­ваться и исландские поселенцы, отправившиеся в 980 году под предводительством Эрика Рыжего в Гренландию. А оттуда другие землепроходцы могли с помощью тех же изображений добраться до берегов Северной Америки.

Утренний мираж

Для того, кто приметил двух маль­чиков по ту сторону мелкого и уз­кого залива, их утренняя прогулка вроде бы оборачивается чудом. Только что они гуляли по берегу, а в следующее мгновение — по воде. Это поразительное зрелище — ми-

раж, запечатленный в сознании с помощью атмосферы. Когда разли­чие температур в прилежащих сло­ях воздуха вызывает значительное отличие их плотности, атмосфера действует как линза, отклоняя свет от обычного прямого пути распространения. Но мозг невольно исхо­дит из того, что свет каждого види­мого глазом изображения распрост­ранялся по прямой, даже если само изображение искажено или смеще­но. Потому и может казаться, что мальчики гуляют по воде.

В утро их прогулки охладив­шийся за ночь воздух переместил­ся с земли и завис над заливом. Более теплая вода нагрела нижний слой воздуха, породив необходи­мые условия для мнимого чуда — два слоя воздуха, различающихся по температуре и плотности. Ког­да изображение мальчиков перешло из более теплого (и потому менее плотного) нижнего слоя в более холодный и плотный воздух над ним, оно сместилось вниз. Для человека, стоящего по другую сто­рону залива, видимый горизонт опустился, скрыв из виду противо­положный берег и ступни мальчи­ков и тем самым породив иллю­зию, что мальчики разгуливают прямо по заливу.