Миры льда и холода...

Скорость ледников

В настоящее время ледники занима­ют 11 процентов земной суши; эти «плуги природы», как их метко ок­рестили, бороздят территорию всех континентов, за исключением Авст­ралии. В таких странах, как Швей­цария, они, в основном, являются достопримечательностью и приман­кой для туристов; в Гренландии и Антарктиде их влияние столь вели­ко, что они определяют климат.

Ледники образуются там, где снег накапливается быстрее, чем та­ет. В дни, следующие за снегопа­дом, снежные хлопья утрачивают свою изящную форму и спрессовы­ваются в гранулы, подчас не усту­пающие размерами футбольному мячу. Чтобы стать ледником, за­мерзшая масса кристаллов должна набрать критическую толщину — около шестидесяти футов, — при которой собственный вес неумолимо заставляет лед сдвигаться вниз по склону.

Хотя некоторые ледники едва ползут, есть и такие, что скользят удивительно быстро. Скорость перемещения определяется совокуп­ностью факторов, в том числе тем­пературой льда, уклоном находяще­гося под ним грунта, массой ледника и потоком воды между ледником и землей. Движение лед­ников не всегда предсказуемо. Так, в июле 1966 года ледник Стил на канадской территории Юкон — ледяная река размерами примерно с остров Манхэттен — стали на­зывать «Скачущим ледником» по­сле того, как он неожиданно рва­нулся вперед со скоростью два фута в час. Он остановился год спустя, успев покрыть более шес­ти миль, так и не позволив разга­дать причины ни своего движения, ни своей остановки.

Большой белый ураган

 

В субботу 10 марта 1888 года, когда подходила к концу самая мягкая за семнадцать лет зима, нью-йоркцы переполнили манхэттенский Цент­ральный парк, чтобы с приятностью провести очередной спокойный день уикенда. Температура поднялась до пятидесяти с лишним градусов , и Илайес Б.Данн, руководитель служ­бы оповещения местной метеостан­ции, считал, что остаток уикенда ом­рачат разве что легкие дожди. В 9.30 вечера Данн обзвонил городские га­зеты с прогнозом погоды на следую­щий день: «Облачно, непродолжи­тельный дождь и прояснение».

Прогноз не оправдался. Воск­ресный день принес проливные до­жди, бешеный ветер и стремитель­ное падение температуры. Данн пробовал запросить информацию у вашингтонского Главного управле­ния служб оповещения — и узнал лишь то, что вся связь между Нью-Йорком и окружающим миром нарушена — замерзающий на лету дождь порвал телефонные и телеграфные провода.

Гигантская   масса   арктического воздуха с воем ворвалась в Нью-Йорк с северо-запада;  сталкиваясь с    теплым,    насыщенным    влагой воздухом с юга,  она породила не­истовые    бураны    на    всем протяжении  восточного  по­бережья.  Позже,  в воскре­сенье,    эти    две    системы объединили силы над Чеса­пикским   заливом,    вызвав обильный   снегопад   и   ура­ганной силы ветры, которые за   несколько   часов   разру­шили сотню судов. Пока эта буря мчалась к Нью-Йорку, она превратилась по сущест­ву в зимний  ураган,  насы­щенный влагой и подгоняе­мый  холодными  яростными ветрами.

Город был совершенно не под­готовлен к такой атаке. Когда его жители проснулись утром в поне­дельник, на земле лежал десятидюймовый слой снега. Он валил без перерыва, и жестокие ветры сбивали его в высокие сугробы. Порывы ледяного ветра простреливали улицы, как шрапнелью, раз­битыми вывесками, крышами от мусорных урн и осколками выби­тых оконных стекол.

Транспортная система была па­рализована. Встали поезда на всех четырех городских линиях надзем-ки, и 15000 пассажиров остались мерзнуть в неотапливаемых вагонах; трамваи так и лежали там, где их сдуло с рельсов. И не было конца уличным завалам. По сообщению «Нью-Йорк Уорлд», «в этой мрач­ной панораме нашлось место для огромных фур с грудами туш с бо­ен, фургонов для доставки покупок на дом и перевернутых тележек мо­лочников». Нью-йоркцев, которые отважились пробираться по улицам, сбивал с ног ветер и засыпал снег; десятки людей погибли в сугробах, их тела находили еще несколько дней спустя. Питейные заведения наживались: многие горожане не вылезали из пивных, пережидая там бурю.

Тем временем на метеостанции, где Дани с коллегами пытался разо­браться в ужасающей обстановке, льдом прихватило пропеллер анемо­метра и тот перестал измерять ско­рость ветра. Посланный Данном Френсис Лонг, отвоевывая каждый дюйм, взобрался на столб, где был установлен прибор, и, раскачиваясь в175 футах над землей, привел его в порядок; анемометр вновь стал регистрировать порывы от 75 до 100 миль в час.

Впрочем, сколько бы ни было собрано в тот день данных, они не могли бы в полной мере охаракте­ризовать эту бурю, одну из наибо­лее жестоких и разорительных за всю историю Соединенных Шта­тов. Ко времени, когда Большой Силы (Великий) Белый ураган, как его стали называть, стих, он покрыл восточное побережье от штата Мэн до штата Мэриленд слоем снега толщиной более двадцати дюймов, покрыл дома сугробами высотой до 52 футов и унес 400 жизней.

Самая холодная зима Европы

В феврале 1956 года по Европе промчался порыв сибирского возду­ха, безжалостный, как варвары-за­хватчики далекого прошлого; он об­рек континент на самую холодную и разорительную зиму нашего столе­тия. Ни одна страна не избежала экономических бедствий и челове­ческих страданий.

Снег падал в Риме шесть дней на­пролет, и в Италии погибло 80% цит­русовых и оливковых деревьев. В Ис­пании вымерзли апельсиновые рощи, оставив без работы пятьдесят тысяч сборщиков фруктов. С гибелью ози­мых во Франции цены на продукты питания взлетели до небес. Фунт не­притязательной зелени одуванчика стоил в Париже почти доллар.

Замерз Рейн, парализовав жиз­ненно важное для Германии речное судоходство, и германские фабрики закрывались из-за недостатка поста­вок. Лопнувшие водопроводные тру-

бы затопили дома 10 миллионов бри­танцев. Суровость погоды приводи­ла в дрожь даже привычную к холо­ду Скандинавию. В одной шведской деревне жители шесть дней освобож­дали себя с помощью динамита из-под массивного снежного завала.

Холод и нехватка пищи повсе­местно толкали диких животных на отчаянную смелость. В фермерский дом близ Лозанны (Швейцария) прорвались сотни крыс и пожрали фактически все, что попалось на глаза, включая занавески на окнах. Одна англичанка обнаружила, что ее камином дерзко завладела лиса. А польские крестьяне формировали вооруженные отряды, что&ы отра­жать волчьи стаи, рыскавшие в по­исках пищи. Сообщалось, что в пя­тидесяти милях от Рима волки съели почтальона, который не смог выбраться из снега.

Прежде чем весна разомкнула железную хватку зимы 1956 года, та причинила Европе материальный ущерб в два миллиарда долларов и унесла 907 человеческих жизней.

Худшая погода в мире

Возвышающаяся на 6288 футов вершина горы Вашингтон в штате Нью-Гемпшир намного ниже вер­шин высочайших гор планеты. Но она расположена в том месте Сое­диненных Штатов, где сходятся три основных маршрута штормовых ветров, и потому компенсирует свою скромную высоту, сотворяя такую комбинацию ветра, снега, хо­лода, туч и льда, которую кое-кто величает худшей погодой в мире.

Именно на горе Вашингтон была зафиксирована максимальная скоро­сть ветра, когда-либо зарегистриро­ванная на Земле. На ее вершине ежегодно выпадает 25 дюймов снега. Среднегодовая температура ниже точки замерзания воды, и слой веч­ной мерзлоты распространяется от поверхности на глубину от 20 до 100 футов. Хотя с ее вершины можно ви­деть пять штатов, Канаду и Атлан­тический океан, такая возможность выдается редко — 314 дней в году вершина хотя бы частично затянута тучей.

Температура на вершине обыч­но на 15 — 20° ниже, чем в при­легающих долинах, но отмечалась и разница до 45°. Рекорд низкой температуры на горе формально ра­вен — 47° по Фаренгейту. На вер­шине сочетание холода с весьма сильными ветрами приводит к ко­эффициенту резкости погоды  ниже —150° по Фа­ренгейту. С ноября по апрель в среднем в один день из трех скоро­сть ветра составляет не менее 100 миль в час. Почти каждую зиму фиксируются скорости более 150 миль в час.

Чтобы первая наблюдательная станция — ее построили на верши­не в 1937 году — могла выстоять при таких порывах, ее собирали из соединенных врубкой деревянных железнодорожных шпал сечением 9 на 10 дюймов и укладывали их, как балки, на горе. В 1980 году в вер­шину встроили новое, железобетон­ное сооружение, толщина стен ко­торого достигает 2 футов.

Мощные ветры, объединив уси­лия с почти неизменной облачно­стью горы Вашингтон, покрывают

вершину, будто лепниной, слоями инея — особой наледи, которая об­разуется там, где гонимые ветром туча или туман наталкиваются на какой-либо твердый объект. За ночь здания, телевизионные вышки, проволочные растяжки и выходы горных пород обрастают пушистым белым покрытием толщиной до 3 футов.

Столь негостеприимное, как го­ра Вашингтон, место на протяже­нии столетий вызывает у людей глубокий интерес. Известно, что местные индейцы называли ее «Эджиочук», т.е. «обитель Вели­кого Духа». Колонист Дерби Филд в 1842 году оказался пер­вым белым человеком, поднявшим­ся на вершину; он искал там дра­гоценные камни, но вернулся с пустыми руками. К 1860-м годам гора стала приманкой для тури­стов; в короткий летний сезон их доставляли на вершину на фунику­лере или по проезжей (позже — по платной автомобильной) дороге. Тяга к горе Вашингтон подчас оборачивалась смертельным исхо­дом. С 1851 года, когда на горе впервые зарегистрировали смерть, там погибло около ста человек — от падений, атмосферных условий и просто от неосведомленности о кап­ризах погоды на вершине. Возмож­но, самой известной из всех жертв горы Вашингтон была Лиззи Борн из города Кеннебанк, штат Мэн, — участница экспедиции, ко­торая начала восхождение 14 сен­тября 1855 года. В конце дня, до­бравшись до приюта под названием «Дом на полпути», Лиззи и ее спутницы пренебрегли мнением смотрителя, советовавшего им про­вести ночь под крышей и завершить восхождение утром. Продолжив путь наверх, они столкнулись с сильными ветрами, леденящим хо­лодом и плотным туманом. Кончи­лось тем, что изнуренные участни­цы экспедиции не смогли продолжать восхождение; они соо­рудили каменную стенку от ветра и попытались укрыться за ней. Лиззи Борн скончалась в 10 вечера, а на­утро те, кто остались в живых, об­наружили, что они проиграли свое сражение с бурей всего в несколь­ких сотнях ярдов от приюта «Выше некуда», расположенного на ветре­ной вершине горы.

Теперь на горе Вашингтон круглый год обитает отряд бес­страшных и уверенных в себе мете­орологов; восемь раз в день они пе­редают сообщения о погодных условиях и, "соответственно, регу­лярно сталкиваются с природными стихиями этой горы в худших их проявлениях. И, кроме того, следят за ходом научных экспериментов, участвуют в живом эфире метеооб­зоров, проводящихся местными ра­диостанциями, пишут статьи в газе­ту наблюдательной станции и помогают отбившимся или раненым путешественникам. Сотрудники станции на вершине находятся в изоляции и терпят лишения, но у них есть то, что один из них назвал «самой высокооплачиваемой рабо­той на северо-востоке Соединенных Штатов».